Форум » Великая Отечественная война » Анекдоты, похожие на быль » Ответить

Анекдоты, похожие на быль

Дмитрий М: ФОРУМ ПЕРЕЕХАЛ!!!! http://pougorec.kamrbb.org Заходим,регистрируемся,пишем)))) Из военного дневника командующего различными фронтами, будущего маршала Андрея Еременко: "23 мая 1943 года… Что я обнаружил в 43 -й армии ? Командующий армией генерал - лейтенант Голубев вместо заботы о войсках занялся обеспечением своей персоны. Он держал для личного довольствия одну, а иногда и две коровы (для производства свежего молока и масла), три-пять овец (для шашлыков), пару свиней (для колбас и окороков) и несколько кур. Это делалось у всех на виду, и фронт об этом знал… Когда мы в академии изучали Русско-японскую войну, то от души смеялись над генералом Сахаровым, который возил в теплушке корову... А теперь у нас еще похлеще Сахарова оказался генерал Голубев. Смех и горе. Может ли быть хороший воин из этакого генерала? Никогда! Ведь он думает не о Родине, не о подчиненных, а о своем брюхе. Ведь подумать только - он весит 160 кг!" другая запись: "При проверке 39-й армии обнаружено, что ее командарм генерал Алексей Зыгин страшно растранжиривал продовольствие. Просто диву даешься, как люди теряют честь командирскую и совесть партийную. Зыгин перебрал одной водки 310 литров (по литру в день выпивать - и то на год хватит), а таких продуктов, как колбаса, масло, сыр, сахар... брал без счета. Все это делалось в условиях, когда и в стране трудновато с продовольствием, и в войсках не налажено снабжение". Про то, как сам Еременко историю писал. Вскоре после войны Андрей Иванович принес в издательство рукопись своих воспоминаний. Были там и такие строки, смысл которых: "Вызываю члена Военного совета фронта Никиту Сергеевича Хрущева и отдаю ему приказ готовить людей к наступлению". Прошло несколько лет, Хрущев стал секретарем ЦК и возглавил московскую партийную организацию. Еременко внес правку: "Собрались мы с Никитой Хрущевым, чтобы обсудить вопрос, как лучше подготовить людей к наступлению". Когда Хрущева избрали первым секретарем ЦК, и он возглавил Совет министров, Еременко еще немного подкорректировал текст: "Быстро разобравшись в обстановке, Никита Сергеевич по-отечески посоветовал готовить людей к наступлению". Дотошливый исследователь может сравнить издания книг маршала (он их выпустил несколько), дабы убедиться в этом. как Еременко впечатление о съезде делился.. Будучи делегатом XX съезда партии, разоблачившего "культ личности" Сталина, Еременко дал из Москвы в Ростов-на-Дону, где он командовал войсками округа, телеграмму: "Прошу подготовить мои впечатления о съезде". Готовить их поручили подполковнику из политуправления. Тот расстарался и написал доклад в духе съезда. И вот уже командующий по написанному пропагандистом "делится" с генералами и офицерами "своими впечатлениями". Дойдя до фразы "не все благополучно и в нашем округе", он вдруг остановился и удивленно покачал головой: "Я бы этого не сказал..." По залу прокатился смешок, и маршал вышел из себя: "Кто писал?!" Поднялся тот самый подполковник из политуправления. "Кто вы такой, чтобы делать выводы за целый округ? Кто вам дал такое право?" - наорал на него Еременко. И, как ни в чем не бывало, продолжил чтение "своих впечатлений".

Ответов - 16

Дмитрий М: Прошло уже больше 20 лет после Победы. Первый замминистра обороны маршал Иван Якубовский выступает на собрании партийного актива в одной из частей. От написанного часто отвлекается, делая остроумные замечания и пояснения. Говоря о недостатках в снабжении войск, он отошел от трибуны и осуждающе рубил: "Заелись работники продслужбы! Салом позарастали! Животы - во! Шеи нажрали - голов повернуть не могут! Кстати, где этот продовольственный начальник, фамилию которого я только что назвал?" С первого ряда поднялся худой, дистрофичного вида офицер. Ничуть не смутившись, Иван Игнатьевич, обратился к залу: "Вот, полюбуйтесь, что я говорил! Может ли такой офицер продслужбы накормить людей, если он и себя накормить не способен?!"

Дмитрий М: У будущего маршала Ивана Баграмяна в бытность его командующим 16-й армией (переименованной позже в 11-ю гвардейскую) в оперативном отделе служил капитан Федор Свердлов. Он возглавлял группу информации, всегда был возле командующего, вел его карту и обязан был знать обстановку во всех подчиненных корпусах и дивизиях. Однажды, это было весной 1943-го, приехав с проверкой в одну из частей на передовую, Баграмян приказал Свердлову сходить в первую траншею и посмотреть, как там солдаты несут службу. Дело было под вечер. В сопровождении двух офицеров капитан следовал по траншеям и вдруг за одним из-за поворотов в 25-30 метрах от себя увидел трех немцев. Скорее всего это была разведгруппа, устроившая засаду. Свердлов отпрянул назад, вместе с сопровождавшим полковым офицером забежал в недалеко расположенный блиндаж, откуда ротный вызвал по гитлеровцам минометный огонь. - Когда я доложил обо всем Баграмяну, - рассказывал в 1990 году полковник в отставке Свердлов автору этих строк, - командующий, улыбнувшись, сказал: "Вот это был бы для немцев "язык"!" Но впредь в первую траншею или на передний край не посылал.

Дмитрий М: Баграмян всегда шутил очень тонко, умно, добро. Как-то - это было уже после войны - он, будучи в одной из частей, увидел на спортгородке молодых солдат, еще неокрепших, сутуловатых. "Как фамилия? - спросил у одного, не сумевшего (еще, видимо, и от волнения в присутствии маршала) выполнить простейшее упражнение на перекладине. - "Воробьев, товарищ маршал!" Баграмян похлопал его по плечу: "Ты, Воробьев, не расстраивайся, послужишь год - соколом станешь… А твоя фамилия?" - поинтересовался у другого слабака. "Орлов". - "Ну а тебе сам Бог велел в армии орлом стать!" Конфуз произошел с третьим солдатом. Когда маршал спросил у него фамилию, тот смущенно потупился: "Козлов…" Иван Христофорович слегка улыбнулся и вдруг сказал: "Ты вот что, Козлов… петь любишь?" - "Так точно, запевала в роте". - "Ну вот видишь! Старайся больше - Козловским станешь!" Кто не помнит, Иван Козловский - знаменитый оперный тенор, имя которого в 30-60-х годах было у всех на слуху.

Дмитрий М: В 1942 году будущий маршал Константин Рокоссовский, находящийся на излечении в госпитале после ранения, оказался в обществе известной в ту пору киноактрисы Валентины Серовой. Случилось это в Большом театре. Серова была весьма красивой женщиной, мужчины были от нее без ума. Достаточно сказать, что свои гениальные стихи "Жди меня, и я вернусь! Только очень жди!.." писатель, поэт и журналист Константин Симонов посвятил именно ей - во всяком случае, в годы войны в это верили все. И после ее встречи с Рокоссовским просто не могли не распространиться легенды (не хочется употреблять слова "слухи", "сплетни" к таким выдающимся людям) о том, что у них роман. Тем более что маршал святым не был, это признают и его потомки (как не были в этом смысле святыми и другие известные полководцы Великой Отечественной, тот же маршал Жуков "жил" со своей личной докторшей). Всю войну с 1941 года и почти до ее окончания у него была и "фронтовая жена" - военврач Галина Таланова, от которой Рокоссовский даже нажил дочь Надежду. Была ли Серова у Рокоссовского на фронте, доподлинно не известно, но сохранилась следующая история. Будто бы Лаврентий Берия доложил Сталину о том, что, мол, артистка Серова живет в штабе у Рокоссовского. "Серова? Красивая женщина. Очень красивая", - отреагировал Верховный. "Но, товарищ Сталин, авторитет командующего падает. Что будем делать?" - "Что будем делать? - Сталин начал задумчиво прохаживаться по кабинету. - Что будем делать… Завидовать будем, товарищ Берия!" И, остановившись напротив всесильного наркома, уже серьезно спросил: "А где жена товарища Рокоссовского?" - "Я уточню, но, должно быть, она в эвакуации". - "Немедленно отыщите ее и самолетом отправьте в штаб к Рокоссовскому. Они с Серовой сами разберутся, кому уехать, а кому остаться". Конечно, свидетелей этого конфиденциального разговора быть не могло. Но он вполне мог иметь место. Потомки Рокоссовского неоднократно пытались отгородиться от этой "истории любви". А зря. Подобная незабываемая легенда делает честь любому мужчине, а уж такого ранга, как Константин Константинович... Почти такую же историю слышал про генерала Черняховского Ивана Даниловича.. Поляк поляка видит издалека..

Дмитрий М: Вторая жена маршала Ивана Конева, Антонина Васильевна, была санитаркой, но, если верить дочери полководца от этого брака, Наталье Коневой, полюбили они друга на фронте, как Ромео и Джульетта. И это при том, что разница в возрасте у них составляла 25 лет. Правда, к моменту их встречи в 1942 году первый брак Ивана Степановича уже исчерпал себя: он уехал на фронт, терпя поражение на фронте семейном, храня в сердце безумную любовь к детям - дочери Майе и сыну Гелию, и выглядел в это время весьма изможденным. Антонина переезжала с Коневым с одного фронта на другой, всегда была рядом, случалось, что они засиживались за разговорами до полуночи. Конев даже называл ее в шутку "мой ординарец". Эта женщина помогла Коневу, страдавшему от жестокой язвы желудка, выжить на войне: полководцу нужна была специальная пища, и Антонина об этом заботилась. После войны, слушая ее рассказы об этом, дочь по-доброму подшучивала: "Ты, наверное, и в окопы с термосом пробиралась?" На фронте же "ординарец Тоня" и пообещала стать женой Конева. Когда он услышал согласие, тут же подхватил ее, заключил в объятия и сказал: "Обнимая тебя, я обнимаю весь мир!" Такие слова женщины запоминают на всю жизнь. Но, увы, не каждый мужчина их произносит! Когда в 1946 году маршал Конев был назначен на пост главнокомандующего Центральной группы войск в Австрии и впервые там получил отпуск, они с Антониной поехали в Карловы Вары, благо что курортный городок был недалеко от австрийской столицы. Причем Конев сам вел машину и, как рассказывала дочери мать, всю дорогу от Вены до Праги пел своей спутнице песни. Хотя, по правде говоря, по уху маршала, что называется, медведь прошелся… Вообще же, чтобы таким людям, как Конев, жениться, требовалось, как однажды выразилась дочь другого известного полководца, Наталья Малиновская, "неофициальное благословение Верховного главнокомандующего". Во время войны о том, чтобы получить такое разрешение, не могло быть и речи. Поэтому Иван Конев и Антонина расписались лишь после 9 Мая 1945-го. При каких обстоятельствах Иван Степанович получил "добро" Генералиссимуса, история умалчивает.

Дмитрий М: Что же до артисток и певичек, то за ними считали своим долгом ухлестнуть многие генералы. Как-то в армию, которой командовал генерал-полковник Андрей Гречко, приехала с концертом группа артистов. После обеда Андрей Антонович увязался за одной из пришедшихся ему по душе певиц, исполнивших несколько русских и украинских песен. Командарма не смутило даже сообщение, что в труппе находится муж исполнительницы. Он взял артистку под руку, и они медленно пошли в сторону озера, близ которого располагался штаб армии. На песочке певица сбросила туфли и, наслаждаясь прохладой, пошла по кромке воды. Гречко, неожиданно для сопровождающих, стал стягивать с себя сапоги. Все удивленно переглядывались, а командующий, отыскав взглядом мужа артистки, сердито спросил: "Она, случайно, нырять не додумается?" Впрочем, эту историю соотносят и с тем периодом, когда Гречко был уже маршалом и министром обороны СССР.

Дмитрий М: Мемуары писали и маршалу Буденному. Семену Михайловичу нашли подающего большие надежды капитана второго ранга из среды военных журналистов. Морская форма литератора сначала разочаровала полководца-кавалериста. Однако во время беседы с ним Семен Михайлович своей мужицкой смекалкой понял, что кандидат в литзаписчики действительно попался толковый. Чтобы поощрить его на свершение великого дела, Буденный спросил: "А какое у тебя воинское звание?" - "Капитан второго ранга". - "Будешь хорошо работать - досрочно станешь капитаном третьего ранга! - пообещал маршал. И, заметив растерянность моряка-журналиста, успокоил: - Надо будет, мы это дело ускорим".

Дмитрий М: Вообще Буденный был просто создан для анекдотов - говорят, про него их уже в Гражданскую рассказывали. Но Семен Михайлович и сам шутником был отменным, грубовато-острым. После войны, во время встречи в авиационном городке один из летчиков не столько для того, чтобы "подколоть" "первого красного кавалериста", сколько узнать что-то новое из его богатой биографии, спросил: "В 30-е годы проповедовали лозунг "С коня - на самолет!". А сами вы, товарищ маршал, не пробовали пересесть?" Буденный покрутил свой богатый ус: "Как не пробовать? Пытался!.. Но, правда, из этого ничего не получилось: седло на фюзеляж закрепить удалось, а уздечку на мотор накинуть так и не сумели". Зал, где проходила встреча, взорвался от хохота.

Дмитрий М: Ближе к концу войны войска Прибалтийского фронта, которыми командовал генерал Баграмян, прорвали оборону гитлеровцев и впервые за все военные годы вышли на берег Балтийскоro моря. Иван Христофорович вошел в сапогах в морскую воду и приказал: «Ну-ка дайте пустую бутылку!» — Eму тотчас дали посудину, генерал набрал в нее воды и скомандовал: «Мой самолет, связного офицера! Пусть доставит эту бутылку товарищу Сталину и доложит: «Генерал Баграмян посылает Вам воду Балтики!» Бутылку запечатали, самолет взлетел. Пока он добирался до Москвы, фашисты отбросили войска Прибалтийского фронта от морского берега, и это сразу стало по прямому проводу известно Ставке. Не знал об этом лишь офицер связи, летевший в Москву. Он, пройдя соответствvющий кордон, вступил в кабинет Сталина со словами: «Генерал Баграмян посылает воду Балтики!» Верховный главнокомандующий, не торопясь, ответил: «Хорошо. Молодец. Вези обратно и скажи: пусть выльет там, где взял.»

Tungus: Немцы входят в Ростов-наДону : Продавщица и говорит по телефону :«В магазине немцы с автоматами. Можно ли им что-либо продавать?»

Tungus: Идентификация свой/чужой : ....."Многие бросались к солдатам, обнимали и целовали их, вероятно, находя в них черты своих сыновей. Старухи и старики стояли с иконами, осеняли проходивших мимо воинов крестным знамением. - Русские пришли, - всплеснув руками, воскликнула наша соседка тетя Анисья. - Какие они тебе русские?! - возмутился другой наш сосед, дед Сергей. - Наши они, родные, понимаешь, сука!? Вертихвостила с немцами, своих теперь "русскими" величать стала. Бейте ее, бабы, подстилку немецкую.

Tungus: Наткнулся в ЖЖ : Попель Николай Кириллович В тяжкую пору Он повел меня в ремонтно-восстановительный батальон. Там, облепленный танкистами, как соты пчелами, стоял новенький Рz.IV. Я, конечно, тоже полез на танк. От Горностаева узнал о том, как немецкий Рz.IV попал в наши руки. Случай действительно любопытный, для первых дней войны прямо-таки фантастический. В горячке боя КВ замполитрука Жегана (все та же рота Жердева) пошел на таран. Фашистский танк был разбит. Но у КВ от удара заглох мотор. Жеган и механик-водитель Устинов потеряли сознание. Только башнер Михайлов вел огонь, пока оставались снаряды. Немцы обратили внимание на неподвижный русский танк, одиноко маячивший на фланге. Подползли пехотинцы. Взгромоздились на броню, коваными сапогами стали стучать по башне. Этот раздававшийся внутри танка гул и услышал пришедший в себя Жеган. Устинов тем временем уже ковырялся с мотором, но ни в какую не мог завести. Немцы неплохо сообразили, решив отбуксировать КВ вместе с экипажем. Подошел Рz.IV, тросом зацепил КВ и рванул. Танк ни с места. Рванул еще раз и — потащил. Но тут заревел мотор — КВ завелся в движении. Устинов схватился за рычаги. Трос натянулся, что струна. Кто кого. Но наш мотор мощнее, масса КВ больше. Фашистский экипаж на ходу выпрыгнул из машины. А сама машина — вот, перед нами.

Tungus: Ну , товарищ , насмешил : .....С потерей позиции на этом рубеже немцы никак не могли и не хотели смириться и беспрестанно атаковали высоту между озерами Красное и Старое. Тут должен был сыграть роль дивизион «катюш». Мы спланировали хорошую контратаку. Расчет был таков: удар невиданным оружием, несомненно, вызовет у противника растерянность, если не панику, мы воспользуемся моментом и контратакуем. На высотке наблюдение хорошее. Видимость в пределах 1000 — 1500 метров. Появился капитан Т. Ф. Черняк, по виду равнодушный к жадно-любопытным взглядам офицеров. — Мне надо обязательно увидеть цель, — сказал он. — Пойдем покажу, — ответил ему Полу актов. В поле зрения было до двух батальонов немецкой пехоты. И вот «катюши» сработали. Мощный залп. Огненные струи. Взрывы. Немцы побежали. Наши — тоже. Редкое зрелище «атаки», когда обе стороны бегут друг от друга! Пересекретничали. Надо было как-то оповестить людей переднего края, чтобы не пугались, если произойдет нечто неожиданное.

RedMaks:

Tungus: Наткнулся на текст : ....."Всех нас в редакции приятно удивило: как это Мишулин из полковника сразу стал генерал-лейтенантом, минуя промежуточное звание "генерал-майор"? В армейской практике так обычно не бывает. Запросил я нашего корреспондента. И выяснилась забавная история. К новому званию Мишулина представлял командующий западным фронтом генерал-лейтенант А. И. Еременко. Текст телеграммы в Ставку первоначально выглядел так: "Прошу присвоить командиру 57-й танковой дивизии звание генерала. Генерал-лейтенант Еременко". А телеграфистка при передаче этого документа опустила слово "генерала" и не там, где надо, поставила точку. В Ставку телеграмма поступила в таком виде: "Прошу присвоить командиру 57-й танковой дивизии звание генерал-лейтенант. Еременко". Позже мне рассказали, что о допущенной ошибке по-честному доложили Сталину. Верховный ничего не сказал в ответ, только улыбнулся. Значит, так тому и быть. Задний ход в подобных случаях давать не положено. ".....

Леонид Ч.: Был косвеным участником этой удивительной истории. Знаком с одним немцем, который сильно подсажен на генеалогию и поиск своей родни, погибшей в годы войны. Родственник этого немца погиб в 41 в Калининской области. Про то как искали его могилу - это отдельная история. Немец был связистом и погиб от разрыва минометной мины, когда тянул связь со своим напарником связистом. Всю эпопею своих изысканий могилы убиенного родственника мой друг подробно описывал на своем персональном сайте. В один прекрасный день мой немец получает письмо, из которого узнает, что на его сайт наткнулся сын связиста -напарника. Более того его отец до сих пор жив. Отцу за девяносто. От того разрыва русской мины он был тяжело ранен, стал инвалидом, но тем не менее прожил долгую жизнь. У этого древнего деда оказалась хорошая память и богатый архив с фотографиями тех дней. Он рассказал много интересного о том последнем бое. История показательная в том смысле, что всем тем кто пытается установить судьбу своих погибших в войны родных, никогда не надо отчаиваться. Жизнь полна удивительных случайностей.



полная версия страницы