Форум » Великая Отечественная война » Оккупация » Ответить

Оккупация

Дмитрий М: Смоленская область..

Ответов - 17

Дмитрий М:

Дмитрий М: Типичный дом в русской деревне средней полосы..

Дмитрий М:

Дмитрий М:

Игорь6719: У меня книга есть с названием как и тема..............

Дмитрий М: Игорь6719 пишет: У меня книга есть с названием как и тема.............. А автор кто ?

Дмитрий М: Западные (надеюсь) хохлы. Кому война, кому..

Дмитрий М:

Дмитрий М:

Tungus: Понимаю , что не в тему , но опять они - финны , собаки http://warsh.livejournal.com/1855655.html

Дмитрий М:

Дмитрий М: А это о концлагере в Можайске..

Дмитрий: ЗЛОДЕЯНИЯ ФАШИСТОВ НАД МИРНЫМ НАСЕЛЕНИЕМ ТЕМКИНСКОГО РАЙОНА В ПЕРИОД ОККУПАЦИИ. В Петровском сельсовете Темкинского района зверски расстреляли 48 мирных граждан. На территории Селенского льнозавода в декабре 1941 года фашисты расстреляли 5 человек красноармейцев-окруженцев. В деревне Холм Горковского сельсовета за период оккупации фашисты расстреляли 10 человек, которые проходили по деревне для нищенства. На территории Медведевского сельсовета за период оккупации фашисты расстреляли, замучили 19 человек мирного населения и 128 человек красноармейцев и партизан. В деревне Сушево Васильевского сельсовета в период оккупации фашисты расстреляли 24 человека, фамилии которых неизвестны. В деревне Мотовилово Селенского сельсовета в декабре 1941 года фашисты расстреляли двоих пленных красноармейцев. В деревне Степаники Селенского сельсовета в период оккупации фашисты расстреляли 12 человек красноармейцев-окруженцев. В деревне Перетес Селенского сельсовета 30 января 1942 года фашисты расстреляли 5 человек красноармейцев-окруженцев. В деревне Паново Батюшковского сельсовета в ноябре 1941 года фашисты расстреляли двух красноармейцев. Фамилии неизвестны. В деревне Прохорово Долматовского сельсовета в декабре 1941 года фашисты расстреляли 14 красноармейцев. Фамилии неизвестны. В деревне Химино Долматовского сельсовета в период оккупации фашисты расстреляли троих красноармейцев. Фамилии неизвестны. Около деревни М. Поляны Темкинского сельсовета в декабре 1941 года фашисты расстреляли двоих красноармейцев и одну женщину. Фамилии неизвестны. В деревне Уполозы Васильевского сельсовета в период оккупации фашисты расстреляли двух москвичей, фамилии которых неизвестны. В деревне Холмино Васильевского сельсовета в период оккупации погибли от бомбежки: Борзяковых — 3 человека, Маценовых -2 человека, Мухиных - 2 человека, Маценова Лукерья, Маценова Клавдия. В деревне Валухово Рудновского сельсовета (в домах Новиковой и Ильиной) в апреле 1942 года фашисты расстреляли 25 человек военнопленных. В деревне Костюково Руновского сельсовета в период оккупации расстреляли 5 человек военнопленных. Фамилии неизвестны. В деревне Морозово Федотковского сельсовета в ноябре 1942 года фашисты расстреляли 5 человек военнопленных На территории колхоза «Мировой Октябрь» Раменского сельсовета фашисты расстреляли 5 человек военнопленных. В деревне Лытьево Медведевского сельсовета фашисты после избиения расстреляли неизвестного. В Темкинском сельсовете в январе 1942 г расстреляли 25 человек красноармейцев-окруженцев. На территории колхоза им. Сталина Темкинского района в период оккупации фашисты расстреляли 14 человек. В колхозе «Ленинская искра» Темкинского сельсовета фашисты расстреляли пленных красноармейцев. На территории колхоза «Путь коммуны» в период оккупации фашисты расстреляли восемь человек. Фамилии неизвестны. В колхозе им. Чкалова Васильевщинского сельсовета за два месясяца 1942 года погибло в результате истощения, от голода и болезней 120 человек беженцев, прибывших из других сельсоветов Темкинского района. Фамилии и постоянные местожительства не установлены. На территории колхоза им. Дзержинского Васильевщинского сельсовета в период оккупации фашисты расстреляли 37 пленных красноармейцев и командиров Красной Армии. В июле 1942 года в результате истощения от голода и болезни умерло 5 человек беженцев, прибывших из других сельсоветов Темкинского района. Фамилии неизвестны. В колхозе им. М. Горького Васильевщинского сельсовета в период оккупации фашисты расстреляли 45 человек военнопленных красноармейцев. В марте 1942 года умерло от истощения и болезни 3 человека беженца. Фамилии не установлены. На территории колхоза им. Карла Маркса Раменского сельсовета в период оккупации фашисты расстреляли троих военнопленных красноармейцев и двоих беженцев из Износковского района Калужской области. Фамилии неизвестны. В деревне Карпищево Вязищенского сельсовета в период оккупации от воздушной бомбардировки погибло четыре человека, умерло от болезни 10 человек, от ранений 2 человека. В деревне Первое Воробьево Якшинского сельсовета в период оккупации фашисты расстреляли двух пленных красноармейцев, в деревне Танеево в феврале — марте 1942 года - шесть пленных красноармейцев. В начале марта 1942 года по доносу старосты деревни Семешкино Фалилеевского сельсовета Иванова С. И. фашисты расстреляли 10 человек военнопленных красноармейцев. В деревне Курьяново Курьяновского сельсовета с января 1941 года по июль 1942 года фашисты расстреляли 17 человек военнопленных. В декабре 1942 года на территории Кикинского сельсовета расстреляно 200 человек военнопленных красноармейцев и командиров и 33 человека мирных граждан, которые похоронены на территории Кикинской больницы. В апреле 1942 года в деревне Кордюково был расположен концлагерь. Семь человек были пойманы при побеге, их посадили в холодный амбар. Трое суток им не давали ни пить, ни есть, после трехсуточных пыток и издевательств их расстреляли. Шр...лозова Прасковья, председатель колхоза «Ленинская искра. В деревне Дубна Дубненского сельсовета немцы подвергли ее мучительным пыткам, а затем расстреляли. Отступая из деревни Семеновское Темкинского района, гитлеровцы бросили в сарай с соломой и сожгли трех пленных красноармейцев. Фамилии их неизвестны. Горючева Мария из деревни Орлицы Износковского района (ныне Калужской области) рассказала, что немцы собрали все население и под конвоем погнали в деревне Теплихово Раменского сельсовета Темкинского района. Здесь всех загнали в скотный двор без крыши. Дети просили пить, но часовые за водой никого не выпускали. В одном сарае они просидели всю ночь, утром их выстроили и погнали в деревне Фатейково Васильевского сельсовета Темкинского района. По дороге всех ослабевших немцы расстреливали. Застрелили и ее брата Егора Александровича. В госархиве есть документ, из которого следует, что в марте месяце 1943 года перед отступлением немецко-фашистские оккупанты собрали жителей д. Колодезки Рудновсого сельсовета в количестве 95 человек в один дом, заминировали его и взорвали вместе с людьми, а затем все остатки сожгли. Из 95 человек удалось спастись от гибели только 2 человекам: Климовой Марии из деревни Колодезки и Соколовой Надежде, 16 лет, этой же деревни, которые этот факт и подтвердили. Более подробно об этом жесточайшем злодеянии фашистов мы узнали из появившихся позже публикаций в печати и личных воспоминаний оставшихся в живых нескольких очевидцев этих событий. Приводим некоторые из этих обнаруженных материалов. Степан Агурьянович Петров вошел в родную деревню Колодезки вместе с наступающими частями Советской Армии. О том, что он увидел в ней, есть его собственное свидетельство: «Семья моя гитлеровцами сожжена была: мать 60 лет, жена с 1912 года, сын 1935 года, дочь 1936 года, сын 1941 года, сестра 1912 года, да и у сестры трое детей». Степан Агурьянович говорил, что нет ничего ужаснее жить дольше своих детей, которые являются в сновидениях и все как будто улыбаются, на медаль смотрят, радостные такие, счастливые. Руки к ним протянешь, а они растворяются, как в тумане. Он говорил, что не может слушать песню «Враги сожгли родную хату...» Один из свидетелей драмы в деревне Колодезки Темкинского айона бывший капитан Советской Армии, москвич Т. Г Кильча..в часть которого освободила деревню через 20 часов после ее гибели, рассказывает: «Перед нами оказалось страшное зрелище. Возле сгоревшего дома валялись обгорелые и мертвые тела. Под двумя обгоревшими бревнами лежала женщина с обгоревшими ногами. В канаве, возле дома обгоревший труп старика с ребенком. Видел я девочку, которая осталась жива. Подобрала ее одна старуха. Сильные ожоги причиняли боль девочке. Она стонала и плакала». Это была, как выяснилось. Маша Климова, а после замужества — Мария Алексеевна Петрова. Она до сих пор помнит своих, деревенских своих ровесников, не отпраздновавших свадьбы, не успевших ождаться первой любви, помнит молодых женщин, помнит старых людей для которых днем смерти стал один день- 8 марта 1943 года, «в общем,— говорит она,—во время войны не до праздников было. Но 8 марта — это же наш, женский день. И мы хотели его как-то отметить. Только что вернулись из немецкого плена Клава Голубева, Клава Лукиненкова и другие комсомолки. Говорили, что они совершили побег. А тут еще рядом грохочет глухая кононада. Рано утром 8 марта ворвались в каждый дом фашисты...> Чудом спаслась престарелая колхозница Татьяна Федоровна Баранова. В тот день в огне погибли три ее дочери и внучка. Итак, сейчас можно восстановить обстоятельства той трагедии. Фашисты окружили Колодезки 7 марта. В 8 часов утра 8 Марта они собрали всех в заминированном доме и взорвали его, а затем по дожгли. Тех, кто пытался выскочить из проломов и окон, бросали назад, в пламя. Напротив дома стояло два пулемета. Мирных жителей Колодезок истребляла группа фашистов. М. А. Петрова рассказывает, как она узнала свою мать по клочку обгоревшей подкладки пальто. Она же прижимала к груди шестимесячного сына, у которого было обуглено лицо. Надо было совершенно потерять человеческий облик, чтобы творить такое злодейство. И еще одна деталь: в тот же день и почти в тот же час были казнены на территории нынешнего совхоза «Замыцкий» десятки жителей из населенных пунктов Дорофеево, Долженки, Замыцкое и других. "В последний раз я был в Колодезках в летнее время. На большой могиле стоял скромный обелиск. А на нем надпись «Вечная вам слава и вечный покой. Мы не забудем вашей муки такой». Кругом шумели деревья, тихо, печально шумели, а рядом журчал, спадая к Угре ручеек, выбегавший из родника, которых в этих местах особенно много. Может, старые люди и деревню назвали Колодезками потому, что здесь много криниц. А огрожденная или обложенная камнями криница - это уже небольшой колодезь. И какие бы испытания ни обрушивались на эту землю, ключи как символы жизни, будут пробиваться к солнцу, к людям, тем которые ходят сюда вступать в пионеры, к тем, кто приходит и приезжает сюда с цветами и спелыми яблоками. Пусть всегда журчит тот ручей, пусть всегда поют птицы, пусть всегда стоят над Колодезками чистое, мирное небо и эта громкая многозначительная тишина." ( Материалы из Тёмкинского краеведческого музея )

Игорь6719: http://www.mgorv.ru/index.php?go=News&in=view&id=1548

Дмитрий: Ещё о Колодезках. О ЧЕМ ШЕПЧУТ ЛИПЫ "Я и не знал что с ней встречусь так просто и внезапно. В разговоре речь шла о здоровье, которым она не могла похвастаться потому что в детстве пришлось много испытать. Моя собеседница - Мария Алексеевна Петрова. Она была одной из тех, кто спасся из заминированного и взорванного немцами дома в деревне Колодезки. Предистория этого злодеяния фашистов мне, как и многим моим землякам, была известна. До этого события в деревне прошел стух, что кто-то из местных жителей убил немецкого офицера. После этого фашисты стали брать заложников, искать виновного. Но никто из ста человек жителей деревни не сказал ни слова. И тогда фашисты решили расправиться со всеми жителями деревни. «Мы сидели дома,— рассказала моя собеседница,— когда утром в наш дом вбежал немец и строго сказал, чтобы мы все быстро («айн момент») собрались и пошли в один из домов. С собой, мол, ничего не брать. Нас было четверо: я, младшая сестра, брат, которому был один год и мать. Мы быстро оделись, так как на улице было холодно. Эт было как раз в женский праздник - 8 Марта. Мать быстро собрала маленький узелок, взяла на руки мальчика и мы пошли в дом, который находился посредине деревни. Немец с оружием не отходил от нас ни на шаг. Когда мы подошли к дому, немецкие солдаты стояли вокруг с автоматами, некоторые из них копались около фундамента. Один немец быстро закрывал за вошедшими дверь и не давал ничего рассматривать вокруг, старясь как можно быстрее загнать людей. Когда мы вошли в дом, то я у порога зацепилась ногой за какой-то провод, дверь моментально захлопнулась. Вдруг раздался взрыв, страшный и оглушительный. Огромные языки пламени вырвались из-под пола. С потолка посыпались доски и балки. Огонь охватил весь дом, и он как бы начал оседать. Многих убило или ранило. Дом развалился и горел, и в нем гибли люди. Кто остался живой, старался выбраться из огня. Но поодаль стояли немцы и расстреливали ползущих. Подальше, на высоком месте, с которого как на ладони все было видно вокруг, стоял пулемет и миномет. Кто мог отползти или отбежать, тех безжалостно косил пулемет своим огнем. Рядом с горящим домом проходила канава и мы упали в нее. Душераздирающий стон, плач, крики, стрельба стояли кругом. Огонь пожирал дом и оставшихся в нем людей. Моя мать поползла вправо, а я как то отклонилась влево. Открыв глаза, я приподняла немного голову и увидела, как немец целится в меня. Тут же раздался выстрел. Мне обожгло левую часть головы и висок. Я потеряла сознание. Когда я очнулась, то не могла понять, сколько в беспамятстве прошло времени. Стоны и стрельба почти прекратились. Услышала рядом шепот. Это была Надя Лейцова. Недалеко от дома, в который нас всех согнали, была вырыта яма. Сверху она была закрыта еловыми ветвями. Мы поползли к ней. Яма оказалась глубокой. Надя прижалась спиной к стене и, обхватив меня руками, прижала крепко к себе. Со стороны и сверху нас не было видно. Сквозь ветви крыши увидели как немец с автоматом идет к нам. Мы замерли, закрыли глаза. Ну, думаем, сейчас нам конец, немец застрелит нас. Фашист обошел кругом и начал поджигать ветви хвои. Но понятно, они были сырые и мокрые, не загорались, моментально гасли. Потом вдруг все прекратилось, утихло, замерло. Нам стало страшно и жутко. Кое-где на месте дома вспыхивали и поблескивали языки огня, дымились головешки. — Никого нет, может выйдем из ямы! — сказала Надя. Я ничего не ответила, потому что плохо соображала от боли и страха. Когда мы вылезали из ямы, особая мертвая, немая тишина поглотила нас и страшная картина звериной жестокости привела нас в ужас. На окровавленном, сильно измятом снегу лежали знакомые мне с детства, а теперь мертвые люди. Слабый и протяжный стон привлек наше внимание и мы пошли на звук. Уткнув голову в снег, лежала Татьяна Федоровна Баранова. Мы помогли ей подняться. Она была ранена в плечо и руку. Услышали еше стон, подошли. Это оказалась пятилетняя Галя Новикова. Мы подняли ее, осмотрели. Оказалась, что она не ранена, а только контужена. Осиротевшие, подавленные, убитые горем, стояли мы четверо, не зная что делать. Мы поспешили в лес, который был рядом. Кто как мог пристроились под деревьями, прямо в снегу и провели там всю ночь. Ветер, голод, мрак окружали нас. Во рту не было ни крошки, хотелось есть, но у нас не было ничего. Утром, как только рассвело, мы вышли из лесу. Видим - ходят, рассматривают пепелище люди в белых халатах. Кто они? Наши или немцы ?! Мы думаем - что делать ? Пошли вперед. Что будет - то будет. Видим, навстречу нам бегут люди в форме со звёздами - значит наши! Это были наши разведчики. Мы обрадовались и слезы сами покатились из глаз. Нас собрали и повели с собой, в тыл. Сперва нас накормили, а вскоре пришли врачи и оказали медицинскую помощь, некоторых положили в санчасть..." П. Бодров 9 мая 1975 г. в деревне Колодезки у памятника состоялся митинг посвяшенныи 30-летию Дня Победы. На митинге выступила Петро ва Мария Алексеевна, рассказавшая о событии 8 Марта 1943 года: «Когда немцы ушли, а мы отползли от горящего дома, то увидели что кроме нас еще были живые люди в деревне. Ведь немцы сгоняли всех, кто жил в домах, а в окоп на краю деревни не заглянули. В окопе жили муж с женой. Еще женщина с дочкой (они были из Можайска), их звали можайскими. Когда они услышали выстрелы, решили посмотреть что делается в деревне. Первой спрыгнула с нар и стала выбираться жена, то есть хозяйка окопа, за ней —женщина из Можайска с дочкой на руках. Первая была сразу убита, а можай скую женщину ранили. После этого они из окопа не выходили и не знали, что там сжигают людей». И Мария Алексеевна добавила: «Были разговоры, что имено этот мужчина из окопа убил немецкого офицера, ехавшего на мотоцикле в Прокшино, тело убитого не спрятал. А за этого офицера сожгли деревню вместе с жителями». В школу на имя учащихся приходят письма со словами благодарности от родственников тех, кто сгорел 8 Марта 1943 года в д. Колодезки. Они благодарят пионеров за внимание, чуткость, за уход за памятниками и братскими могилами. Осталось мало тех, кто по горькому праву очевидца может сказать: «Я тоже из огненной деревни..». Население во время карательных экспедиций уничтожалось поголовно, гитлеровские палачи тщательно заботились о том, чтобы не осталось свидетелей их злодеяний. Но память очевидцев до мельчайших подробностей сохранила картины чудовищной расправы, массовое изуверское истребление мирных, ни в чем не повинных женщин, стариков, детей. В их ушах до сих пор стоят крики и стоны раненых, вопли заживо сжигаемых, охваченных пламенем людей. Каждый из рассказчиков сам был расстрелян, задыхался от дыма в пылающей, битком набитой хате, выбирался из под кучи трупов, разнесенных миной родных и близких, уползал от огня, еще не веря, что остался в живых. Они оказались свидетелями некого светопредставления, и так это отразилось на их психическом состоянии: «Я думала, что уже на свете никого нет, а я одна, и конец света...». (Из воспоминаний Петровой М. А.) Ведь то, что творилось вокруг, что совершали эти человекоподобные существа в касках, с черепами на груди, было настолько дико, чуждо, чудовищно, что это нельзя было ничем объяснить, не укладывалось в нормальное человеческое сознание. Жителям этой деревни не предъявлялось никаких обвинений, от них ничего не требовалось, не выгоняли их на работы, не отбирали на каторгу в рейх. Их просто сгоняли в дома, потом поджигали. Сжимается сердце, когда читаешь об истреблении детей. Уже их-то никак нельзя было заподозрить в сообщничестве с партизанами, уж казалось бы, даже и у отъявленного бандита должна была содрогнуться рука, когда перед ним появлялось дитя с чистыми, невинными глазами. Для карателей важно было не оставлять свидетелей, не оставлять и детских глаз, которые это видели, голосов, которые могли потом это рассказать. Не пытались убийцы даже для видимости в чем-то разбираться, отделять «виновных» от «невиновных». Это было не нужно, противоречило самой задаче — уничтожать, истреблять весь народ, чтобы создать здесь «зону пустыни». Это отвечало приказу Гитлера о том, что «области северной Украины и срединной России должны быть очищенны от всякого населения». Причина уничтожения только одна — это были советские люди, за это их и убивали. Фашизм — имя этому злу, запятнавшему себя тягчайшими преступлениями века. Таким образом, как установлено проверкой и подтверждается соответствующими архивными документами, всего по Темкинскому району за период оккупации было расстреляно, замучено, сожжено 1367 (1537) человек, из них мужчин - 505, женщин - 221, детей — 134, военнопленных — 677. Кроме того, угнано в рабство 5985 человек. ( Из материалов Тёмкинского краеведческого музея )

Игорь6719: Дмитрий пишет: ЗЛОДЕЯНИЯ ФАШИСТОВ НАД МИРНЫМ НАСЕЛЕНИЕМ ТЕМКИНСКОГО РАЙОНА В ПЕРИОД ОККУПАЦИИ Дмитрий! Спасибо! Действительно очень интересно!

Дмитрий М:



полная версия страницы